Понятие и юридическая природа самозащиты гражданских прав 14.05.2018 – Категория: Предпринимательское право

Самозащита гражданских прав представляет собой единственный (и достаточно специфичный) способ защиты гражданских прав, осуществление которого возможно лишь субъектом защиты прав. В отношении этого способа защиты прав уже длительное время ведутся бурные цивилистические дискуссии, в процессе которых правоведы высказывают различные суждения, иногда взаимоисключающие.

Термин "самозащита прав", используемый в ст. 12, 14 ГК РФ, имеет достаточно узкое значение. Его содержание можно определить, исходя из общего понятия способа защиты гражданских прав, который представляет собой предусмотренную законом меру, осуществляемую в целях предупреждения нарушения субъективных прав, пресечения нарушения или устранения последствий нарушения субъективных гражданских прав (о способах защиты прав см. § 1 гл. III настоящей работы).

Под самозащитой гражданских прав в контексте ст. 12, 14 ГК РФ следует понимать способ защиты, который осуществляется только посредством действий фактического порядка, совершаемых субъектом защиты (или иным лицом) и направленных на предупреждение или пресечение нарушений гражданских прав в тех случаях, когда исключена возможность обращения к уполномоченному органу.

Раскрывая содержание самозащиты, можно говорить о том, что основное ее отличие от всех ранее рассмотренных способов защиты гражданских прав проявляется в средствах, которыми осуществляется данный способ защиты. Все иные способы защиты осуществляются путем использования средств правовой защиты - приемов, допускаемых законом для правомерного воздействия на нарушителя с целью принудить его к определенному поведению, - тогда как самозащита осуществляется посредством совершения субъектом защиты действий фактического характера, которые служат (или послужат в будущем) препятствием к нарушению его прав. Например, к самозащите можно отнести действия коммерсанта, который нотариально удостоверяет копию заключенного им с контрагентом договора и помещает эту копию в банковский сейф (в случае утраты подлинного документа, подтверждающего договорные обязательства сторон, и нарушения контрагентом условий договора субъект защиты без труда подтвердит обоснованность своих требований заверенной копией договора).

Всякое действие, посредством которого осуществляется самозащита, поскольку оно действие фактическое, само по себе не имеет юридической значимости и не нацелено на создание юридических последствий. Особенность действий фактического характера заключена в том, что они никогда не направлены на достижение определенного правового результата, и закон не связывает с ними наступление юридических последствий, что является важным отличием от всякого иного средства правовой защиты (о средствах правовой защиты см. гл. II настоящей работы).

Осуществление действий фактического характера для защиты субъективных гражданских прав обусловлено самой ситуацией, требующей применения такого средства. Это может быть чрезвычайная или исключительная ситуация, когда невозможны обращение к уполномоченным органам и использование самим субъектом средств правовой защиты (например, любые действия, совершаемые в условиях крайней необходимости). Либо, напротив, обычная ситуация, вовсе не предусматривающая использования средств правовой защиты как уполномоченным органом, так и самим субъектом защиты (например, любые действия по установке охранных средств и приспособлений). Таким образом, самозащита осуществляется посредством совершения фактических действий в ситуации, когда исключена возможность применения любого средства правовой защиты.

Вместе с тем вполне допустимо осуществить самозащиту, а затем прибегнуть к средствам правовой защиты, имея целью реализовать иной конкретный способ защиты. К самозащите можно отнести фактические действия собственника (арендодателя) по опечатыванию помещений для целей ограничения доступа в него работников арендатора - юридического лица, если договор аренды прекратил действие, а арендатор не освобождает помещение и не возвращает арендованное имущество. Указанное вовсе не препятствует последующему предъявлению арендодателем претензии или искового требования (средство правовой защиты) к арендатору о внесении арендной платы за просрочку возврата имущества (способ защиты).

Использование самозащиты обусловлено тем, что субъект защиты по понятным причинам не может обратиться к уполномоченным органам и осуществляет те фактические действия, которые, по его мнению, являются наиболее эффективными в его случае. Здесь необходимо добавить, что самозащита осуществляется обычно силами самого субъекта защиты, что не исключает содействия (участия) со стороны иных лиц.

Некоторыми авторами высказывается точка зрения, согласно которой самозащита осуществляется исключительно собственными действиями субъекта защиты, который не прибегает к помощи уполномоченных органов и любых иных лиц. Представляется, что такая точка зрения грешит излишней категоричностью, поскольку в некоторых случаях субъект защиты попросту нуждается в содействии со стороны не являющихся уполномоченными органов и иных лиц, права которых не нарушены (это может быть лицо, которое действует по поручению субъекта защиты, а также лицо, действующее самостоятельно). Например, к мерам самозащиты следует отнести выполнение сторонней организацией работ по устранению недостатков, обнаруженных субъектом защиты (заказчиком) и не устраненных нарушителем (подрядчиком) по требованию заказчика, - мера, пресекающая нарушение прав заказчика и создающая условия для предъявления впоследствии требования к подрядчику о возмещении расходов на такую работу (способ защиты).

С учетом того, что, по общему правилу, применение мер самозащиты основано на невозможности обращения коммерсанта за защитой к уполномоченным органам, получила распространение точка зрения, согласно которой такого рода меры признаются исключительным порядком защиты субъективных гражданских прав. Представляется правильным примкнуть к этой точке зрения с тем условием, что под обычным порядком защиты гражданских прав понимается защита субъектом принадлежащих ему прав с использованием средств правовой защиты. То есть осуществление субъектом защиты фактических действий для защиты собственных прав принципиально отграничивает самозащиту от иных способов защиты гражданских прав, осуществляемых путем использования средств правовой защиты.

Таким образом, можно говорить о том, что защита прав в неюрисдикционной форме может осуществляться самим субъектом защиты в порядке:

- обычном, то есть с использованием средств правовой защиты;

- исключительном, то есть посредством осуществления фактических действий (самозащита).

При этом нельзя согласиться с встречающимся в литературе мнением, согласно которому самозащита является не способом защиты прав, а самостоятельной формой защиты прав, допускаемой тогда, когда субъект защиты располагает возможностями правомерного воздействия на нарушителя без обращения к помощи судебных или иных уполномоченных органов. Такое умозаключение вызывает возражения, поскольку неюрисдикционная форма защиты прав представляет собой такую форму защиты прав, при которой лицо - субъект защиты - самостоятельно ("само" <*>) защищает принадлежащее ему право (о форме защиты прав говорилось в § 1 гл. I настоящей работы). Можно, вероятно, рассматривать неюрисдикционную форму защиты как самозащиту в широком смысле, однако самозащита в том смысле, который ей придан в ст. 12, 14 ГК РФ, имеет гораздо более узкое значение: она рассматривается именно как способ защиты гражданских прав.

--------------------------------

<*> "Само" - первая часть сложных слов, означающая: 1) направленность чего-нибудь на себя, исхождение от себя или осуществления для себя;... 3) совершение чего-нибудь без посторонней помощи, без постороннего участия" (см.: Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. М.: Русский язык, 1991. С. 692).

Понимание самозащиты не как способа, а как формы защиты прав позволило некоторым авторам утверждать, что в условиях действующего гражданского законодательства самозащита из исключительного порядка защиты гражданских прав превратилась в универсальный. В развитие этой точки зрения был сделан вывод о том, что возможность применения самозащиты существует не только в чрезвычайной ситуации (когда исключено обращение к уполномоченным органам и невозможно использование средств правовой защиты самим субъектом), но и в любых ситуациях, когда гражданское право субъекта защиты нарушается. По изложенным выше основаниям с таким выводом трудно согласиться.

Другим важным отличием самозащиты от всех иных способов защиты прав является то, что она в любом случае не может иметь целью устранение последствий нарушения прав, но допускает только предупреждение и пресечение нарушения прав. Это обусловлено тем, что самозащита осуществляется посредством действий фактического характера. Иными словами, всякое действие фактического порядка, осуществленное с целью самозащиты, направлено на недопущение нарушения прав или пресечение такого нарушения, но для устранения последствий нарушения гражданских прав применение самозащиты недопустимо. Это умозаключение подтверждается, в частности, нормой ст. 14 ГК РФ, определяющей границы действий, необходимых для пресечения правонарушения.

Из сказанного следует, что для устранения последствий нарушения прав субъекту защиты, безусловно, надлежит использовать не самозащиту, а иные способы защиты прав, которые направлены на достижение этого правового результата и могут осуществляться судом и субъектом защиты либо только судом (см. об этом § 1, 2 гл. III настоящей работы). В тех случаях, когда субъект защиты предпринимает попытки совершить действия фактического порядка для устранения последствий нарушения его субъективных прав, он совершает самоуправство <*> (самоуправство всегда запрещалось, а за его осуществление устанавливалось уголовное наказание). Так, самоуправством будет самовольное изъятие или насильственный захват субъектом защиты имущества нарушителя договорного обязательства с целью понуждения его к исполнению обязательства в натуре или принуждения к выплате задолженности.

--------------------------------

<*> В.М. Хвостов определяет самоуправство как самоуправное осуществление какого-либо действительного или мнимого права путем насилия над личностью или имуществом другого лица (см.: Хвостов В.М. Система римского права: Учебник. М.: Спарк, 1996. С. 209). Самоуправство - противозаконное и приносящее вред осуществление своего действительного или предполагаемого права (см.: Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. М.: Русский язык, 1991. С. 694).

С учетом требований ст. 10, 14 ГК РФ коммерсант как субъект защиты при осуществлении любых действий по пресечению нарушения его прав должен соблюдать следующие условия (пределы самозащиты):

- во-первых, иметь реальной целью защиту собственных гражданских прав, а не фактическое причинение имущественного вреда иному лицу;

- во-вторых, соизмерять свои действия с совершенным нарушением, не выходя за пределы, необходимые для его пресечения, и исходить из того, что размер вреда, причиненного имуществу нарушителя, не должен существенно превышать объем предотвращенного ущерба имуществу субъекта защиты;

- в-третьих, учитывать временные границы самозащиты: осуществлять соответствующие действия субъект защиты вправе для пресечения нарушения его гражданских прав, а после пресечения (прекращения нарушения) любое дальнейшее фактическое действие уже не может рассматриваться как самозащита.

Гражданское законодательство не должно содержать перечня тех средств, которые могут быть использованы субъектами защиты в целях самозащиты (действий фактического характера, направленных на предупреждение или пресечение нарушения гражданских прав). Однако закон может содержать весьма приблизительный или избирательный перечень эффективных фактических действий, которые могут быть использованы субъектом защиты. Так, п. 1 ст. 48.1 Закона об авторском праве предусматривает в качестве технических средств защиты любые технические устройства или их компоненты, контролирующие доступ к произведениям или объектам смежных прав, предотвращающие либо ограничивающие осуществление действий, которые не разрешены автором, обладателем смежных прав или иным обладателем исключительных прав, в отношении произведений или объектов смежных прав.

Вместе с тем, поскольку самозащита представляет один из способов защиты гражданских прав (то есть одну из мер, предусмотренных законом в целях пресечения нарушения субъективных гражданских прав), требование о необходимости соблюдения пределов самозащиты прямо предусматривается законом. Так, ст. 14 ГК РФ устанавливает, что действия, совершаемые для целей самозащиты гражданских прав, должны быть соразмерны нарушению и не могут выходить за пределы, необходимые для пресечения этого нарушения.

Разъясняя указанную норму, высшие судебные органы указали, что при разрешении споров, возникших в связи с защитой принадлежащих гражданам или юридическим лицам гражданских прав путем самозащиты, следует учитывать, что самозащита не может быть признана правомерной, если она явно не соответствует способу и характеру нарушения, и причиненный (возможный) вред является более значительным, чем предотвращенный <*>. Данное положение, вероятно, можно распространить на все действия фактического характера, посредством которых осуществляется самозащита: и превентивные (направленные на предупреждение нарушения), и пресекательные (направленные на пресечение нарушения).

--------------------------------

<*> Пункт 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" // Вестник ВАС РФ. 1996. N 9.

Вышесказанное позволило разграничить меры самозащиты гражданских прав на две основные группы.

Во-первых, превентивные меры самозащиты, осуществляемые посредством фактических действий, направленных на предупреждение нарушений прав. Например, использование охранных средств и приспособлений в виде замков, охранной сигнализации на строениях и автомобилях и др. Такого рода меры, используемые коммерсантами до нарушения их субъективных прав (с целью избежать такого нарушения), безусловно, основаны на неэффективности обращения для этой цели к уполномоченным органам и невозможности использования для этой цели средств правовой защиты. Так, осмотр арендуемого имущества или проверка его исправности при заключении договора аренды является превентивной мерой самозащиты, которую может осуществить только сам арендатор. В случае ненадлежащего осмотра имущества, в результате которого арендатор не обнаружил недостатки, которые должны были быть им обнаружены, арендатор лишается права ссылаться на нарушение его субъективных прав арендодателем - за такие недостатки арендодатель не несет ответственности (и более того, впоследствии арендодатель может предъявить соответствующее требование арендатору).

Во-вторых, пресекательные меры самозащиты, которые осуществляются посредством фактических действий, допускаемых в тех случаях, когда нарушение уже произошло или продолжается.

Пресекательные меры самозащиты используются в таких чрезвычайных ситуациях, когда в силу особых условий или обстоятельств, при которых совершается посягательство на гражданские права, не представляется возможным обеспечить их защиту в юрисдикционной форме (в судебном или административном порядке) или неюрисдикционной форме (путем использования средств правовой защиты). В качестве примеров исключительного порядка защиты гражданских прав приводят обычно ситуации, возникающие при необходимой обороне или крайней необходимости (ст. 1066, 1067 ГК РФ).

Думается, что действия, совершаемые в порядке пресечения нарушения, можно разделить на две группы, исходя из последствий их осуществления.

Первую группу составляют действия субъекта защиты, следствием которых явилось причинение вреда имуществу лица (коммерческой организации или коммерсанта). Это действия, совершенные в состоянии необходимой обороны (ст. 1066 ГК РФ), и действия, совершенные в состоянии крайней необходимости (ст. 1067 ГК РФ). Действия, совершенные в состоянии необходимой обороны и в условиях крайней необходимости, характеризуются тем, что при их осуществлении субъект защиты причиняет вред другому лицу (имуществу нарушителя или иного лица).

Классификация действия субъекта защиты как совершенного в состоянии необходимой обороны или в состоянии крайней необходимости может быть дана только судом при рассмотрении искового требования о возмещении причиненного вреда. Иными словами, вывод о том, что совершенные субъектом действия фактического характера представляют собой действия, совершенные в состоянии необходимой обороны и в условиях крайней необходимости, есть юридическая квалификация действий, которая необходима при решении вопроса о возложении на лицо, совершившее эти действия, обязанности по возмещению вреда. Для самого лица, совершающего фактические действия для пресечения нарушения его прав (самозащиты), на момент осуществления такого рода действий их юридическая квалификация безразлична. Его целью может быть только защита собственных прав, осуществляемая с соблюдением необходимых пределов самозащиты (о них см. выше).

В силу закона возмещение вреда, причиненного действиями в состоянии необходимой обороны, не предусмотрено, если были соблюдены условия правомерности самозащиты. Таким образом, действия субъекта защиты, которые квалифицированы судом как совершенные в состоянии необходимой обороны, по общему правилу не влекут за собой никаких правовых последствий при условии, что они совершены без превышения пределов самозащиты (ст. 14, 1066 ГК РФ). В частности, действия в состоянии необходимой обороны могут прекратить право собственности, когда субъект защиты, осуществляя самозащиту, причиняет вред имуществу нарушителя (вплоть до его уничтожения), причем прекращение права собственности последнего на это имущество не влечет у субъекта защиты возникновения обязанности по возмещению вреда.

В то же время вред, причинный действиями в состоянии крайней необходимости, по общему правилу, подлежит возмещению лицом, его причинившим, то есть действия субъекта защиты, которые квалифицируются как совершаемые в состоянии крайней необходимости, вызывают конкретные юридические последствия - возникновение обязанности по возмещению причиненного вреда (ст. 14, 1067 ГК РФ). Однако при определенных условиях лицо, причинившее вред, может быть освобождено от обязанности по его возмещению.

Таким образом, суд при рассмотрении иска, вытекающего из причинения вреда при осуществлении самозащиты, должен определить, были ли соблюдены пределы самозащиты при ее осуществлении. По результатам такой оценки суд может принять одно из следующих решений: отказать в защите прав лица, против которого была применена самозащита; удовлетворить требования лица, против которого была применена самозащита, посредством возложения на лицо, превысившее пределы правомерности самозащиты, обязанности возместить причиненный вред.

Вторую группу составляют действия субъекта защиты, которые не причинили имущественного ущерба нарушителю. Вероятно, можно обозначить их термином "оперативные действия", поскольку они имеют некоторые общие черты со средствами правовой защиты, путем которых осуществляются меры оперативного воздействия (см. об этом п. 2 § 4 гл. III настоящей работы), но, в отличие от последних, осуществляемых средствами правовой защиты, оперативные действия осуществляются только действиями фактического порядка. Например, субъект защиты может огородить принадлежащий ему земельный участок, которым пользуется нарушитель для проезда при отсутствии у него соответствующего права (в отсутствие сервитута).

Изложенное в полной мере демонстрирует характерные черты самозащиты как специфического способа защиты гражданских прав, выделяющего его из ряда всех иных способов защиты гражданских прав.

Источник: http://texts.news/predprinimatelskoe-pravo/samozaschita-grajdanskih-prav-36924.html

Ваш комментарий